«Сказка — ложь, да в ней намек!..» А.С. Пушкин (по русской литературной сказке) Вариант 2

Правда не всегда искусство. Искусство
не всегда правда, но правда и искусство
имеют точки соприкосновения.
Ж. Ренан
С самого раннего детства мы входим, пока еще с помощью взрослых, в прекрасный мир сказок. Ho чтобы жить в этом мире и понимать его, надо знать его законы. Ведь мир сказок — это мир фантастики, условностей. И мы принимаем их, зная, что «сказка — ложь», то есть вымысел, устный рассказ о вымышленных событиях. Сказка потому и остается нестареющим поэтическим жанром, что в ней художественно зримо и емко отражены национальные особенности характера, нравов, обычаев, склад ума народа, его умение по-своему, поэтически осмыслить факты и явления реальной жизни. В сказках народ стремился воплотить свои мечты о справедливой жизни, свои думы и чаяния.

Однако фольклорная сказка и сказка литературная имеют значительные отличия: литературная сказка содержит в себе не только народные представления о мире, но, главным образом, несет идеалы автора, выражает его миропонимание. «Сказка — ложь, да в ней намек!». Этот прекрасный пушкинский афоризм раскрывает еще одну жанровую сторону сказки: ее дидактичность, назидательность. Используя свой писательский опыт, автор обогащает и обновляет сказочный мир, делает его средством для выражения народной морали, народной мечты о справедливой жизни, в которой побеждает добро, а не зло. Сказка становится средством для обличения недостатков современного автору общества. И нам, современным читателям, ничуть не сложнее увидеть это в сказках, чем в других литературных произведениях. Мы с благодарностью принимаем сказочное наследие прошлых поколений.

Таким прекрасным наследием стали для нас сказки М.Е. Салтыкова-Щедрина. Писатель в своих «Сказках для детей изрядного возраста» создает свою жизнь, и мы смотримся в эту жизнь, и отворачиваемся от нее, и «разбиваем в злобе», как зеркало в пушкинской сказке, и возвращаемся к ней снова, потому что без этой вымышленной жизни наша действительная жизнь бедновата и расплывчата. Она, эта созданная очень хорошим писателем жизнь, поднимает нас на новую ступень миропонимания и делает наш взгляд пристальнее, а ум — смелее. Там, в этой созданной Салтыковым-Щедриным жизни, уже живут и величие, и мерзость, и радость, и горе, и счастье, и несчастье.

Сказки Салтыкова-Щедрина, на первый взгляд, бесхитростнее, очевиднее его же сатирических очерков и романов. Более определенным, зримым контуром очерчена в них заветная авторская идея.

Салтыков-Щедрин-сказочник использовал различные жанры народного творчества: сказки о животных, волшебные, сатирические сказки, пословицы и поговорки. Очевидно, что сказочный мир писателя не растворяется в народнопоэтической стихии, что щедринские сказки возникли на основе фольклорных сказок, которые способствовали их формированию.

Работая над сказками, Салтыков-Щедрин поэтически реализует свои излюбленные представления о литературе как действенной пропаганде, как о школе гражданского воспитания. И как всякая настоящая школа, щедринская сказка («добрым молодцам урок!») имеет несколько восходящих «ступеней», ориентированных на различные уровни читательского понимания и стимулирующих читательский рост и переход из «класса» в «класс», со «ступени» на «ступень ».

Прежде всего во многих сказках есть ряд внешне сюжетный: легендарный, бытовой, близкий к басенному (щедринские сказки о животных). Он понятен и доступен каждому: и мораль, и социально-психологические обобщения его без особого труда, самостоятельно выводятся читателем, которому не чужд мир народной сказки.

Щедринские сказки о животных — это словно бы развернутые поэтические басни в духе завещанной Крыловым народности, значительно более плотно заселенные и обогащенные устойчивыми, но всегда у Салтыкова-Щедрина неожиданными, несущими в себе комический заряд народно-сказочными элементами. И, вместе с тем, в сказках Салтыкова-Щедрина сохраняется присущая басне концептуальность, целеустремленность и многозначность.

Автор всегда ведет нас, читателей, в глубь сюжета, заинтересовывая развитием действия, акцентируя внимание на борьбе антагонистических жизненных начал. Сказки Салтыкова-Щедрина не столько рассчитаны на уже сложившееся миропонимание, сколько способны пробуждать рост гражданского, классового сознания. Они исподволь наталкивают на трудные вопросы, решить которые нельзя, руководствуясь просто прописными истинами.

Ум — одно из почитаемых
человеческих достоинств, но в понятие это люди склонны вносить самое разнообразное, часто взаимоисключающее содержание. И Салтыков-Щедрин -просветитель, поборник разума, светлого, чуждого догматической инертности, выносит в заголовок сказки говорящий, недвусмысленно оценочный эпитет: «Премудрый пескарь».

Премудрость, по Далю, является высшим состоянием нравственного и умственного совершенства. Поначалу сохраняется вера в несомненность этого определения: и родители у пескаря «были умные», и советом родительским его не обошли, и у самого героя сказки, оказывается, «ума палата была». Шаг за шагом прослеживая ход пескариных умозаключений, передаваемых в форме несобственно-прямой речи, автор возбуждает в читателе лукавую насмешку, ироническую реакцию, наконец, чувство брезгливости, а в финале даже сострадание к житейской философии тихого, безгласного, умеренно-аккуратного существа.

Житейское кредо премудрого пескаря — самосохранение. Он запуган, и страх выел его душу. Жалкий, никому не нужный пескарь не способен к борьбе. Его ум и сердце волнует лишь одно: как бы не попасть в уху или щуке в «хайло». Сатирик противопоставляет мудрость «осмотрительного» пескаря глупости его сверстников, не имеющих «здравых понятий об ухе», добровольно лезущих на «глупейший снаряд» — удочку.

«Да ведь с нами, пескарями, что глупее, то вернее», -рассуждает отец-сатирик пескаря. «Надо глядеть в оба, а не то как раз пропадешь» — такова несложная мудрость испугавшегося интеллигентика «сумеречных» годов.

В комических тонах Щедрин рисует повседневную жизнь пескаря: «Ночыо моцион делал, в лунном свете купался, а днем забирался в нору и дрожал. Только в полдни выбежит кой-чего похватать — да что в полдень промыслишь! В это время и комар иод лист от жары прячется, и букашка под кору хоронится. Поглотает воды — и шабаш!».

Опасливая осторожность «мудреца»-обывателя, бессмысленность и бесплодность его жизни как бы подчеркнуты многократным употреблением слова «дрожал»: «Все дрожал, все дрожал», «Жил — дрожал, и умирал — дрожал».

Трусость и инертность пескаря выражены Салтыковым-Щедриным и с помощью весьма удачного подбора поговорок: «помаленьку да полегоньку», «гляди в оба», «жить да поживать» и других.

Щедринскому пескарю, подводящему итоги долгой жизни, открывается тоскливая истина: «Неправильно полагают те, кои думают, что лишь те пескари могут считаться достойными гражданами, кои, обезумев от страха, сидят в норах и дрожат. Нет, это не граждане, а по меньшей мере бесполезные пескари. Никому от них ни тепло, ни холодно, никому ни чести, ни бесчестия, ни славы, ни бесславия… живут, даром место занимают да корм едят». Рой вопросов смущает пескаря: «Какие были у него радости? кого он утешил? кому добрый совет подал? кому доброе слово сказал? кого приютил, обогрел, защитил? кто слышал об нем? кто об его существовании вспомнит? ». Пескаря гложет обида, что другие рыбы, которые «мимо его норы шмыгают», именуют его не иначе как «остолопом», «дураком», «срамцом», искренне дивясь, «как таких идолов вода терпит».

Сказка «Премудрый пескарь» восходит отчасти к пословице «На то и щука в море, чтобы карась не дремал», ведь в ней появляется хищная щука: «У самой норы щука стоит и зубами хлопает». Ho содержание сказки гораздо шире, богаче, социально острее, чем в любом фольклорном источнике.

Итак, народность стиля, поэтическая аллегория в духе животного эпоса, принцип социальной антитезы, особенности диалога и пейзажа — все эти кратко охарактеризованные нами проявления художественного метода Салтыкова-Щедрина в сказке «Премудрый пескарь» свидетельствуют о высоком мастерстве сатирика. Ho, конечно, оригинальность и сила Щедрина-художника заключается, прежде всего, в могуществе его сатирического смеха, в искусстве применения элементов фантастики для реалистического воспроизведения действительности, в неистощимой изобретательности эзоповского иносказания.

Социальные типы, против которых ополчалась воинствующая щедринская сатира, давно исчезли в нашей стране как привилегированное классовое явление, но они все еще встречаются как психологический пережиток, нередко принимающий вполне современное обличье и обнаруживающий большую живучесть.

Вот почему «Сказки» Салтыкова-Щедрина остаются по-прежнему любимой книгой современных читателей. Из этого источника мы и сегодня нередко черпаем мудрую мысль, меткий образ, острое слово, яркий афоризм, которые облагораживают и воспитывают человек

Предыдущий:

Следующий:

lol123