Тильзитский мир (Анализ эпизода из романа Л.Н. Толстого «Война и мир», т. II, ч. 2, гл. XXI)

В романе-эпопее «Война и мир» есть множество небольших, но исключительно значимых эпизодов, которые, не влияя на развитие сюжета и не являясь решающими для судеб главных героев, становятся важными для романа как целого, соединяющего в себе множество идей о человеке, истории и мироздании вообще.

В Тильзите не происходит событий, которые в жизни героев имели бы такое значение, как мир с Францией в жизни России, но эпизод находится на пересечении определенных идейных линий, затрагивая мотивы войны, справедливости, честности, а также добавляет штрихи к портретам очень важных персонажей — императоров Александра и Наполеона.

Само историческое событие было решающим в развитии международной политики начала XIX века, к тому же встреча двух великих императоров представлялась современникам и историкам эпохальной. Все это заставляет ожидать от сцены заключения мира торжественности, блеска и величия. Даже слова Бориса о том, что он хочет увидеть «1е grand homme», «1’empereur Napoleon», а не «Buonaparte», которые можно принять за фразерство,’ все-таки предсказывают неординарность события.

Однако Толстой, подобно тому, как он разрушал иллюзии относительно войны в сценах Шенграбенского и Аустерлицко-го сражений, открывает всю правду и в этом эпизоде.

События Тильзитского мира показаны Толстым в восприятии Ростова, который приезжает доставить государю прошение Денисова о помиловании. Он едет ночью, в статском платье, чтобы не быть узнанным, и мы, следуя за ним, замечаем чувство неловкости, неестественности и смущения, которое связывается со всем, что увидено Ростовым. Сначала вызывает замешательство встреча с французами в квартире Бориса, к которым в армии «все еще продолжали испытывать смешанное чувство злобы, презрения и страха». Однако сам Толстой, безусловно, не поддерживает ни Бориса, без смущения ужинающего со своими бывшими врагами, ни Ростова, никак не отвыкающего от привычки ненавидеть французов. В этой сцене ставится под сомнение и абсолютность чрезмерного патриотизма, которая не оспаривалась в сценах войны, и абсолютность дружественного отношения к другому человеку, как в сцене встречи Ростова с немцем с вилами. Эта идея компрометируется тем, что выражена сценой ужина «нелюбимого» героя — карьериста Бориса — с врагами-французами.

В эпизоде важна расстановка образов. Первая оппозиция, которую мы находим: Борис — Ростов. Показательна сцена, в которой Ростов просил за Денисова, а Борис «слушал Ростова, как слушает генерал доклад подчиненного», между тем как раньше сам просил за себя у князя Андрея. Ростову было неловко, в то время как раньше они общались запросто. Правила «неписаной субординации» и ложные законы, по которым большей силой обладает тот, кто находится ближе ко двору, возвышают Бориса над Ростовым, и Толстой, позиция которого нам очень понятна, показывает наполняющую такие отношения фальшь, выставляя Бориса в невыгодном свете.

Идея неправды, разрушения старых убеждений распространяется и в область близких Ростову понятий и личностей. Направляясь к дому Александра, Ростов думает о нем: «Он бы понял, на чьей стороне справедливость. Он все понимает, все знает. Кто может быть справедливее и великодушнее его?» Он, как и прежде на войне, видит в государе свой идеал, идеал прекрасного и безгранично доброго и честного человека. Но идеализированный образ государя сначала изменяется Толстым, а потом становится иным и для Ростова. Сначала оказывается, что Александр вовсе не тот безупречный монарх, который принимает всех несправедливо обиженных, — путь к нему преграждает «невысокий полный человек», обсуждающий «хорошо сложенную и свеженькую» девушку. Когда государь выходит на крыльцо, Ростов видит в нем только «соединение величия и кротости », но Толстой сразу же находит недостатки Александра, показывая его фразером: государь «громко, очевидно с желанием, чтобы все слышали его», говорит: «Не могу, генерал, и потому не могу, что закон сильнее меня» (как Наполеон на Аустерлицком поле говорил: «Voila une belle mort»), уделяя внимание фразе, форме, красивой формулировке, не имеющей ничего общего с реальной жизнью.

Ростов восхищается Александром, Борис — Наполеоном, и Наполеон оказывается так же уязвимее Александра, как Борис — Ростова: величие его образа постоянно снижается, и Толстой то сам, то глазами своих героев подмечает его слабые черты. Сначала Ростов замечает, что Наполеон плохо держится в седле; затем мы видим неприятно-притворную улыбку на его губах; затем «длинный хвост свиты», тя

Предыдущий:

Следующий:

lol123